5.7.17

Королевский город Ангкор-Тхом (1 часть)

До сравнительно недавнего времени о древней истории кхмеров, жителей Камбоджи, знали очень немного. Прежде всего, потому, что никому не ведомыми были остатки материальных памятников - древние руины храмов и дворцов, по которым можно было составить впечатление о былом величии Кхмерской державы. Почти полностью оставались нерасшифрованными многочисленные надписи, выбитые на каменных стелах, - единственный архив документов тех давних времен, когда в Камбодже возводились каменные громады городов, дворцов и храмов. Древнее название кхмеров - «камбуджи», то есть сыновья некоего легендарного предка - отшельника Камбу Сваямбхувы - и небесной нимфы Меру.

Древняя легенда повествует, что в далекие времена вся территория Камбоджи была покрыта водой. Волны морского прибоя разбивались лишь о небольшой песчаный островок, а по вечерам, как только лунные блики начинали играть на гладкой поверхности вод, на отмель выходила девушка по имени Сома - прекрасная дочь змея Нага, царя вод. Однажды ее увидел принц, изгнанный отцом из родной страны. Увидел и сразу полюбил - с первого взгляда. Водяной царь не стал противиться счастью молодых, он даже не заставил жениха лезть в морскую пучину. Царь Наг просто выпил воду, покрывавшую страну, и подарил юному принцу царство, которое назвал Камбоджей.

А еще мудрый змей оставил им Великое озеро в середине страны, наполнив его рыбой, и могучую реку Меконг - «Мать вод». С тех пор морской царь Наг, стал символом Меконга, символом воды - вечной жизни. Его изображения встречаются на фронтонах древних храмов и на террасах дворцов. К началу VIII века Камбоджа была разделена на пять княжеств, что и облегчило ее завоевание правителями Явы. Однако власть новых правителей продолжалась недолго. В 802 году власть в стране взял в свои руки Джаяварман II, который провозгласил независимость Кхмерской державы, культ бога-царя и начал строить город Ангкор - религиозный центр страны.

По мере экономического роста государства росло и могущество кхмерских королей, все пышнее становились постройки в Ангкоре. Окончательно выстроил Ангкор-Тхом в XII веке король Джаяварман VII, и в годы своего расцвета город был очень красив. Он занимал огромную территорию в 900 гектаров, каждая из окружавших его стен тянулась почти на три километра. Португальский хронист Диего де Куго, много повидавший на своем веку, так писал об Ангкор-Тхом: «Самый красивый, самый благоустроенный, самый чистый город на всем земном шаре». Наиболее известны в Камбодже храмовые комплексы Ангкор Ват и Байон, увенчанные диковинными башнями, опоясанные бес конечно длинными галереями, украшенные искусными барельефами и многочисленными скульптурами.

Сами кхмеры, потрясенные творениями своих рук, сочинили легенды о происхождении этих храмов и поверили в них. Ведь для поэтических преданий камбоджийского народа характерно полное отсутствие границ между реальностью и самым фантастическим вымыслом. Дворец короля строили из дерева. Это был недолговечный материал, и сейчас от королевского жилища не сохранилось ничего. Тольков воображении мы можем представить королевский город с его высокими стенами из темно-красного латерита, рвами, пятью монументальными воротами, диковинной красоты храмом Байон - «Золотой башней», которая стояла в центре всего дворцового ансамбля, и Бапхуоном - «Медной башней», располагавшейся к северу от Королевской площади.

Судить об Ангкор-Тхом мы можем еще по воспоминаниям китайского путешественника Чжоу Дагуаня, который посетил королевский город в XIII веке. Ансамбль королевского дворца состоял из павильонов и зданий, крытых черепицей зеленого или золотистого цвета. Вокруг дворца шла высокая стена, и над всем этим великолепием возвышалась башня, на вершине которой отбивал время гонг. Здания дворцового ансамбля группировались по кварталам: апартаменты короля, королевской семьи, министров, высших духовных сановников, приемные покои, гаремы. Все они были одноэтажными и возводились без фундамента - или прямо на земле, или стояли на сваях.

Единственная часть королевского дворца, куда допускался простой народ, - это приемные залы, отличавшиеся неслыханной роскошью. Крыши их были покрыты позолоченной черепицей, ярко сверкавшей на солнце: внутренние перегородки, сделанные из ценных пород деревьев, были украшены изящными скульптурами, бронзой, зеркалами и парчой. Резные деревянные колонны - консоли, на которые опирались покрытые богатой резьбой потолочные балки, сверх того были еще инкрустированы золотом и драгоценностями. В глубине громадного зала, перед одним из окон, на возвышении стоял королевский трон из золота и дерева драгоценной породы.

Восседая на нем, камбоджийский король принимал придворных, а иногда показывался и своим подданным. Чжоу Дагуань описал и облачение камбоджийского короля. «Только один король может носить одежду из узорчатых тканей. На голове у него золотая диадема. В иных случаях диадемы нет, и тогда волосы его убраны пахучими цветами, похожими на жасмин». Шею короля украшали ожерелья из больших жемчужин; запястья, лодыжки и пальцы его Божественного Величества были украшены браслетами и перстнями. Ноги, однако, были босы, подошвы ног и ладони рук выкрашены каким-то красным лекарственным снадобьем.

Во время торжественных выходов король держал в руке золотой меч. Опочивальня камбоджийского правителя была устроена в «Золотой башне», то есть храме Байон. Он построен в виде ступенчатой пирамиды, а его внутренняя галерея сделана в виде прямоугольника, все пространство которого занято круглой платформой. Платформа эта служит основанием для центрального здания диаметром в 25 метров. Храм обнесен каменными стенами, четверо ворот в этих стенах выходят на четыре стороны света, а пятые открывают путь к царскому дворцу.

Китайский путешественник сообщает, например, и такие подробности: «Всем известно, что в башне живет душа девятиглавой змеи, властительницы земли и всего королевства. Каждую ночь она принимает облик женщины, и правитель восходит к ней на ложе, а уж потом покидает башню и может идти к своим женам. Если когда-нибудь змея не появится, это означает, что пришло время смерти короля. А если король, хоть один раз не поднимется на башню, случится несчастье». Храм Байон, как писал французский путешественник Анри Муо, «излучает какое-то колдовское обаяние, и никто не может избежать его мистического очарования. Оно везде: в развалинах башен, в лабиринтах дворцов и террас, в аллеях с их таинственным полумраком, в скульптурах и великанах из камня и в мощи вызываемых ими образов»

В Раздел