20.6.17

Парк – Лазенки (1 часть)

Лазенки, построенные в 1784–1788 годах, - настоящее украшение Варшавы и одна из ее достопримечательностей. В парке расположены пруды с плавающими лебедями, кряквами, в воде живут карпы. Каналы пруда проходят под колоннадами боковых галерей и смыкаются снова перед другим его фасадом. Тенистые аллеи ведут к Охотничьему дворцу, к Кухонному корпусу, к въездным воротам на улицу Агриколя. Обращает на себя внимание и прямоугольная выстриженная лужайка, где по краям расцветают кусты роз. Кроме того, на островке Лазенок был построен театр на открытом воздухе со сценой, напоминающий о Древнем Риме.

В театральном Померанцевом павильоне находилась когда-то оранжерея (здесь на фресках изображены театралы XVIII века в польских и французских национальных костюмах). Памятники и аллегорические скульптуры придают Лазенкам особое очарование - здесь находится памятник Шопену, созданный в 1926 году Вацлавом Шимановским. Во время Второй мировой войны гитлеровцы взорвали памятник, осталось только его основание, на котором кто-то написал: «Кто снял меня - не знаю, но знаю почему: чтоб не сыграл ему траурный марш». В 1958 году памятник Шопену был восстановлен, правда, другим скульптором - Вацлав Шимановский умер в 1930 году.

Площадь перед памятником в Лазенках сразу стала летним музыкальным салоном в Варшаве. Здесь каждое воскресенье с весны до осени известные музыканты устраивают концерты, исполняют произведения великого композитора. На площадке перед памятником выступают также молодые участники международных конкурсов пианистов имени Фредерика Шопена, которые устраиваются в Варшаве каждые пять лет. Другой памятник, воздвигнутый в Лазенках еще в конце XVIII века по указу последнего польского короля Станислава Августа Понятовского, представляет победителя турок под Веной - польского короля Яна III Собеского.

Король изображен в римском одеянии, в тяжелом шлеме, на вздыбленном коне над поверженным турком. Станислав, предвидевший войну с турками, надеялся, что памятник всколыхнет патриотические чувства народа. Поэтому реакция со стороны простого люда оказалась для него неожиданной. На следующее утро после открытия памятника на нем появилась надпись: «Станислав, который с позором для страны нас обесславил, Яну Собескому этот памятник поставил. Отдал сто тысяч, я бы вдвое отдал, чтобы Станислав окаменел, а Ян Третий ожил». Особое очарование Лазенкам придает Летний дворец, представляющий собой белый воздушный домик с лестницами, погруженными в прозрачную воду.

Он растянулся во всю ширину небольшого острова. Боковые крылья слегка отступают назад. Частые окна первого этажа, прорезанные до земли, кажутся начерченными в камне, пилястры, расположенные под карнизом, выглядят тоже плоскими. Окна второго этажа маленькие, словно сдавленные балюстрадой. Фасад дворца украшают фрески, колоннада, изящные балконы. На крыше располагается причудливая деревянная балюстрада. Двухэтажное здание дополняет небольшой прямоугольный блок бельведера. Средняя часть фасада выступает вперед, здесь расположена четырехколонная лоджия, украшенная на кровле фонарем, который оформлен балюстрадой со скульптурными группами.

По сторонам лоджии - полукруглые застекленные двери-окна, выходящие на небольшие балконы. «Стройный ряд колонн, поддерживая легкую с круглыми вазами балюстраду, скользит по низко пригнувшемуся к воде пролету моста, - пишет Н. Молева в книге «Варшава». - Тесаный камень арки, позеленевшие плиты тесно сдвинутых набережных, неподвижная буроватая вода - знакомый, слишком знакомый образ. Да это же Дворцовая канавка между Зимним дворцом и Эрмитажным театром в Ленинграде, волей Чайковского ставшая местом гибели героини «Пиковой дамы». И еще - застывшая в равнодушном ритме пилястр плоскость дворцовой стены, от которой отходит к флигелю на берегу колоннада.

В ее ощущении невольно встает другое воспоминание Ленинграда - Мраморный дворец Ринальди на Неве, который Екатерина II построила для одного из своих первых любимцев, Григория Орлова, и который стал резиденцией отрекшегося от польского престола Понятовского. Классицизм и там, и тут, но какой же, в конечном счете, разный, не по внешним признакам - по сути своей непохожий». «В замысле дворца раскрылось характерное для раннего классицизма стремление к изящной простоте и сдержанной интимности. Небольшое по размерам, скромное по архитектурным формам здание дворца отличается благородством пропорций, разнообразием и изобретательностью в использовании самых простых и традиционных компонентов классической архитектуры», - отмечают авторы «Всеобщей истории искусств».

Здание и изнутри великолепно отделано. Впечатляют Круглый зал (ротонда), Белый (бальный) зал, зал Соломона с художественной росписью стен, фресками и ценным паркетом. Интерьер дворца отличают ясность и благородство форм. Вот как описывает интерьер дворца Н. Молева: «За стеклянными дверями, у самых ног гладь воды, далекая, как на театральном заднике, зелень деревьев, скользящие силуэты лебедей. Парк входит в зал, случайными уголками рассыпается по широким зеркалам, раздвигает стены, потоками света дробится на изломанных карнизах, филенках стен, розетках потолка. На одной подробности трудно сосредоточиться.

В Раздел